МАРК ВАЛЕРИЙ МАРЦИАЛ • ПЕРЕВОДЫ И МАТЕРИАЛЫ
L. IL. IIL. IIIL. IVL. VL. VIL. VIIL. VIIIL. IXL. XL. XIL. XIIL. XIIIL. XIVL. DE SPECT.

шатерников н. а.


Шатерников Н. А., LIBER V, 40 перев.

v i. hoc tibi, palladiae seu collibus uteris albae

Будешь ли ты на холмах у Палладиной Альбы, наш Цезарь,
Где на Фетидин простор и на Диану глядишь;
Там ли, где к берегу льнут под городом волны морские,
Где ты правдивых сестер учишь ответы давать;
5Мамки ль Энеевой град предпочел ты, иль дочери Солнца,
Анксур ли в белых снегах с влагой целебной его,
Шлю тебе книжку свою, о, защита и столп государства!
В здравьи мы видим твоем милость Юпитера к нам.
Только прими ты мой дар: убежден я, прочтешь непременно,
10И, легковерен, как галл, буду кичиться тогда.

Ст. 4. Правдивых сестер — имеются в виду статуи Фортуны в римском городе Антии. Храм этих Фортун был известен своим оракулом.

Ст. 18. Сестер девяти владыку — то есть Домициана, а не предводителя муз, Аполлона.

v ii. matronae puerique virginesque

Вам, матроны, и вам, юнцы, девицы,
Посвящаю свою вот эту книжку.
Ты ж, что больше охоч до шуток резвых,
Соль острот полюбил, совсем без сдержки,
5Лишь четыре читай развязных книги.
В пятой буду шутить с самим владыкой.
Пусть Германик ее прочтет без краски,
Пусть прочтет ее с девою Кекропской.

v iv. fetere multo myrtale solet vino

Разит винищем, только Мирталу встретишь.
Чтоб обмануть нас, листья ест она лавра:
Не льет воды в вино — кладет туда листьев.
Ее как встретишь ты на улице, Павел, —
5Вся раскраснелась, вены черные вздулись, —
Сказать ты мог бы: напилась она лавра.

v v. sexte, palatinae cultor facunde minervae

Секст, красноречья краса, Палатинской чтитель Минервы!
Ты созерцаешь всегда перед собой божество.
Ты зарожденью забот в душе у Владыки внимаешь,
Тайные мысли его знать тебе также дано.
5О, приюти где-нибудь и мои у себя сочиненья, —
Там, где Педон, где и Марс, где поместился Катулл.
С той же поэмой святой, где в войне Капитолий описан,
Только Марона стихи ты величавого ставь.

v vi. si non est grave nec nimis molestum

Коль не тяжко вам, музы, не обидно,
То к Парфению речь мою вы мчите:
О, подольше живи, вполне будь счастлив
И при Цезаре жизнь свою ты кончи!
5Пусть и зависть сама не тронет счастья,
Дух отцовский в себе пусть Бурр почует.
Малой книжке моей и робкой доступ
За пороги дворца к святыне дай ты!
Миг известен тебе: Юпитер светел.
10Лик сияет его, спокойно-тихий;
Тут просящему он не даст отказа.
Ты не бойся, что книжка много просит:
Важных просьб или трудных нет в той книжке,
Что и в кедр убрана и в пурпур ценный,
15На конце же имеет шарик черный.
Не давай ты ее, держи в руках лишь,
Будто так ты идешь, не предлагая.
Коль сестер девяти владыку знаю,
Сам пурпурную он попросит книжку.

v viii. edictum domini deique nostri

Тот владыки эдикт и бога Рима,
Что места закрепил в театре прочно,
А для всадников дал ряды почетней, —
Фазис как-то хвалил, в театре сидя,
5Красный Фазис хвалил, в плаще пурпурном.
Гордый, речи он вел надменным тоном:
«Вот и нам, наконец, сидеть удобней,
И почета опять дождался всадник.
Нас не давит толпа, и нет бесчестья». —
10Так, иль вроде того, он гордо молвил.
Вдруг пурпуровый тот, надменный плащ-то
Гнать Леит приказал, очистить место.

В Эпиграмме говорится о возобновлении Домицианом закона, закреплявшего за всадниками четырнадцать первых рядов в театре. Фавис, на которого написана эпиграмма, — очевидно, бывший раб, одевавшийся как всадник.

v ix. languebam: sed tu comitatus protinus ad me

Чувствовал слабость я раз, — ты ко мне, Симмах, появился
Тотчас, ведя за собой сотню своих школяров.
Сотнею рук до меня, замороженных стужей, касались.
Вех лихорадки я был, тут же, Симмах, затрясло.

v x. 'esse quid hoc dicam, vivis quod fama negatur

Я объясняю, почему не дается при жизни известность,
И современников труд редкий читатель почтит.
Регул, всегда таковы у зависти нравы бывали:
Древних она предпочтет новым, так было всегда!
5Неблагодарный народ идет за тенью к Помпею;
Хвалят всегда старики плохонький Катула храм;
Энния, Рим, ты читал в те дни, как Марон подвизался;
Век Меонида дарил только насмешкой его;
Редко венчанный Менандр на театре привет себе слышал
10Только Коринне одной мог быть известен Назон.
Так не спешите, прошу, и не рвитесь вперед, мои книжки:
Слава по смерти придет. Что ж! Ничего! Не спешу.

v xiii. sum, fateor, semperque fui, callistrate, pauper

Вечно я был бедняком, Каллистрат, бедняком и остался,
Но не из темных людей: всадник и всеми я чтим.
Всюду читают меня нарасхват, кажут пальцами: вот он!
Жизнь мне дала, что другим редко и смерть воздает.
5Твой же высокий чертог подпирают колонны — их сотня,
И либертинов казной твой переполнен сундук.
Нильская Сьена тебе обширной землей услужает,
Галльская Парма стрижет сотни овец для тебя,
Вот каковы ты и я! Но тебе невозможно быть мною,
10Стать же подобным тебе может любой из людей.

Ст. 6. Либертин — в юридическом смысле этого слова вольноотпущенник; обычно же либертинами называли сыновей вольноотпущенников.

v xvi. seria cum possim, quod delectantia malo

Мог бы о важном писать, но пишу о забавном я только:
Друг мой, читатель, в тебе вижу причину тому.
Ты ведь читаешь стихи, по всему распевая их Риму, —
Только во что обошлась эта любовь мне твоя?
5Если б я выбрал себе Сатурна храм Серпоносца,
И подсудимый, в беде, слово мое бы купил, —
Слало б мне море тогда свои бочки с испанским товаром,
Стала бы тога моя грязной от равных монет.
Нынче же книжки мои — за столом и на шумной пирушке.
10Милы страницы мои, только не платит никто.
Нет! не такой для себя были древние счастливы славой.
Маленьким даром Алекс был для поэта тогда.
«Вот хорошо ты сказал! хвалить без конца тебя будем».
Ах ты, притворщик! Уж быть, видно, сутягою мне!

Ст. 5. Если б я выбрал себе Сатурна храм — то есть вел бы процессы по делам государственного казначейства, которое помещалось в храме Сатурна.

v xviii. quod tibi decembri mense, quo volant mappae

В декабрьский месяц (шлют платки тут на праздник,
Или бумагу, или ложечки, свечи,
Сирийских старых смокв горшок со дном острым)
Тебе послал я только книжки в подарок.
5Кажусь, быть может, неучтивым я, жадным.
Затей с дарами не любитель я хитрых;
Крючкам подобны все дары, и все знают:
Дав рыбе муху, на обман ее словим.
Не слать подарка для богатого друга, —
10Вот это щедрость, Квинтиан, людей бедных.

Ст. 1. В декабрьский месяц — ср. IV, 14.

v xix. si qua fides veris, praeferri, maxime caesar

Ежели правду сказать, величайший Цезарь, то века
Ни одного предпочесть веку нельзя твоему.
Можно ли было когда видеть больше достойных триумфов?
Был ли и больший почет для Палатинских богов?
5Рим, град Марса, когда ж и выше бывал и прекрасней?
И при владыке каком шире свобода была?
Есть недостаток — не скрыть — и не малый (он будет единым):
Бедный находит себе неблагодарных друзей!
Старым и верным друзьям кто ж уделит от пышных сокровищ?
10Всадник из старых родов даром почтит ли кого?
Ложку в полфунта послать, как подарок на день Сатурналий,.
В десять ли скрупулов дать красную тогу кому —
Это уж роскошь! И тут о дарах толкуют патроны,
И одного не найдешь, кто тебе золота даст.
15Если они не друзья, — о, так будь же ты, Цезарь, нам другом
Что же еще у владык может приятнее быть?
Вижу, смеешься тишком, о, Германик, давно надо мною:
Я ведь советы даю, в пользу идущие мне.

v xx. si tecum mihi, care martialis

Милый мой Марциал, о если б мог я
Беззаботно делить с тобою время,
Мог досугом своим распорядиться,
Настоящею мог пожить бы жизнью!
5Атрий я бы забыл, не знал чертогов,
Важных споров не знал; забыть я мог бы
Мрачный форум и лики предков гордых.
Нет! прогулка была б, беседы, книжка,
Поле, портик и тень, источник, термы, —
10Вот где были бы мы, вот наше дело!
Но, увы, для себя теперь живут ли?
Дни благие бегут, несутся, — знаем, —
Все пропали для нас, а в счет идут ведь.
Коль умеете жить, чего же медлить?

v xxii. mane domi nisi te volui meruique videre

Думаешь, что я не хочу, недостоин видать тебя утром,
Павел? И дальше живи, — все же к тебе я приду.
Но с Тибуртинским столбом в недалеком соседстве живу я:
Там на Юпитеров храм сельская Флора глядит.
5Нужно крутую тропу одолеть на холму у Субуры,
Грязные камни пройти мокрых всегда ступеней.
Тут проберешься с трудом: вереницы предлинные мулов, —
Видишь, с канатами все, — мрамора глыбы влекут.
Но тяжелее всего, что усталому, после мучений,
10Скажет привратник, что нет, Павел, и дома тебя.
Значит, пропали труды и напрасно взмокла вся тога:
Стоило ль этой ценой, Павел, итти мне к тебе?
Неблагодарных друзей постоянно услуга находит.
Если не будешь ты спать, — быть и патроном нельзя.

Ст. 3. Тибуртинский столб — название места в Риме, которое известно только из этой эпиграммы.

Ст. 14. Если не будешь ты спать — то есть, если Павел будет вставать спозаранку и уходить из дому до прихода к нему клиентов.

v xxviii. ut bene loquatur sentiatque mamercus

Чтоб наш Мамерк мог слово доброе молвить,
Нельзя достигнуть, Авл, ничем такой вещи.
Пускай святее братьев Курвиев будешь,
Рузонов мягче и любезней, чем Нервы,
5Честнее Макров, Мавриков склонней к правде,
Шутливей Павлов, Регулов в речах тверже, —
Но все Мамерк грызет гнилым своим зубом.
Быть может, скажешь: от природы он злобен.
Но кто не любит никого, как тот жалок!

v xxix. si quando leporem mittis mihi, gellia, dicis

Если ты зайца даришь, прибавляешь мне, Геллия, тут же:
«Семь наступающих дней будешь красивым ты, Марк».
Если не шутишь со мной, если истину, светик, ты молвишь,
Геллия, ты никогда зайца не ела сама.

Эпиграмма основана на суеверии, что обладание зайцем приносило человеку красоту.

v xxx. varro, sophocleo non infitiande coturno

Ты, что Софокла котурн, Варрон, за собой утверждаешь,
Но и не меньше того струн Калабрийских знаток, —
Труд отложи! Пусть мимы тебя не прельщают Катулла,
Кудри элегии пусть не увлекают тебя!
5Вот прочитай-ка стихи: в декабре их не следует дымном
Втуне оставить, и сам их посылает декабрь,
Если, конечно, тебе не удобней, не кажется лучше,
Лишь на орехи играть в дни Сатурналий, Варрон.

v xxxiii. carpere causidicus fertur mea carmina: qui sit

Слышу, сутяга стихи критикует мои, но не знаю,
Кто ж он? Узнаю — беда будет, сутяга, тебе!

v xxxiv. hanc tibi, fronto pater, genetrix flaccilla, puellam

Вам эту девочку я, вашу дочку, Фронтон и Флацилла,
Прелесть мою, отдаю, сладостный мой поцелуй.
Пусть омраченных теней не страшится Эротик мой, крошка,
Перед чудовищным псом в Тартаре пусть не дрожит.
5Холод шестой лишь зимы пережить она, детка, могла бы,
Если бы только шесть дней можно ей было дожить.
Пусть же резвится она на глазах у заступников старых,
Пусть же щебечут уста, имя болтая мое.
Пусть же покроет и дерн несурово столь нежные кости.
10Будь не тяжелой, земля, — легкой ты знала ее!

Ст. 5. Холод шестой лишь зимы... — то есть девочке минуло бы только шесть лет.

v xxxvii. puella senibus dulcior mihi cycnis

Дитя, ты песен старых лебедей слаще,
Овец с Галеза ты Фалантова мягче,
И ярких раковин лукринских вод краше,
Жемчужин моря Эритрейского лучше,
5Слоновой кости, что резец сейчас сгладил,
Снегов-первинок и несорванных лилий.
Бетисской шерсти впрямь коса твоя краше,
Причесок рейнских или золота блесток.
Уста дышали, как из Пестума розы.
10Как будто свежий мед аттический в сотах,
Как будто камешек янтарный при треньи.
Сравнить с тобою, — некрасив павлин будет,
Груба и белка, и не редкостен Феникс.
О, мой Эротик, твой костер еще тлеет!
15О, как жестоки вы, горчайшие судьбы:
Шесть зим не дали ей вы полностью выжить,
Моим восторгам, моей радости, сласти.
А Пет-приятель запрещает мне плакать,
Свои рвет кудри, в грудь себя он бьет гневно:
20«Стыдись рабыни так оплакивать гибель!
Смотри: жену я потерял, живу ж славно.
Была известной, гордой, знатной, с тьмой денег!»
О, что быть может Пета нашего тверже!
Мильонов двадцать получил — и все жив он!

v xxxix. supremas tibi triciens in anno

Тридцать раз в этот год ты составляешь
Завещанья свои, Харин, — и слал я
Все тебе пирогов с гиблейским медом.
Отступаюсь! Харин, о, пожалей же!
5Меньше актов пиши, иль сразу сделай
То, в чем столько уж раз нам лжет твой кашель.
Ларчик мой опустел и мой мешочек.
Если б даже я был богаче Креза,
Стал я Ира б теперь, Харин, беднее:
10Ты бобы мои ешь при каждом акте.

Эпиграмма направлена против ловцов завещаний, к которым Марциал причисляет в шутку и себя самого. В надежде на получение наследства такие «ловцы» посылали подарки составителям завещаний. Марциал желает Харину, чтобы его постоянно лгущий кашель оказался наконец действительно смертельным; в противном случае Марциал разорится, даже если будет посылать ему не дорогие пироги или лепешки, а самую дешевую и грубую пишу.

v xlii. callidus effracta nummos fur auferet arca

Деньги, сломавши сундук, унесет себе хитрый похитчик;
Дом, что идет от отцов, лютый погубит огонь;
И отречется должник от лихвы и от денег, что занял;
С нивы бесплодной семян, брошенных там, не собрать;
5Твой управитель как раз будет лживой обобран подругой;
Волны потопят товар, чем ты корабль нагрузил.
Только одно вне судьбы: это то, что друзьям подарил ты:
То, что друзьям отдаешь, — этим владеешь всегда.

v xliv. quid factum est, rogo, quid repente factum

Что случилось, скажи, что вдруг случилось?
Был ты мною, Дентон, к обеду позван:
Верить как? — отказать решился трижды!
Без оглядки бежишь, меня бросая,
5Ты, что в банях искал, искал в театрах,
На собраньях искал меня повсюду.
Так! нашел ты себе обед богаче,
Попышнее влечет собаку кухня!
Вот узнают тебя и тотчас бросят,
10Надоешь ты собой богатой кухне;
Тут на старый обед — к костям вернешься.

v xlix. vidissem modo forte cum sedentem

Видел как-то тебя; сидишь один ты,
Я же счел, Лабиен, что это трое.
Ввел в ошибку меня тройной твой череп.
С двух сторон растут волоса, и только
5Так, чуть-чуть, у детей бывает больше;
Вся середка гола: не видно вовсе
Тут хотя б волоска по плеши длинной.
В декабре тебе это было кстати,
Как еду раздавал нам всем владыка:
10Три корзины унес к себе ты на дом!
Был таким Герион, как я смекаю.
Но, смотри, не ходи к Филиппу в портик:
Как увидит Геракл — беда! пропал ты!

v l. ceno domi quotiens, nisi te, charopine, vocavi

Если обедаю сам, а тебя, Харопин, не позвал я,
Тотчас же страшной враждой ты воспылаешь ко мне.
Меч в мое тело готов обнаженный вонзить ты сейчас же,
Если узнал, что очаг был разведен без тебя.
5Значит, украдкой поесть без тебя мне никак не удастся.
Глотки бесстыдней твоей нет, Харопин, ничего.
Брось, наконец, наблюдать, умоляю, за кухней моею:
Пусть бы мой повар хоть раз лакомку смог обмануть!

Ст. 8. Пусть бы мой повар хоть раз лакомку мог обмануть — то есть скрыть, что я обедаю дома, а не в гостях.

v lii. quae mihi praestiteris memini semperque tenebo

Помню дары я твои, постоянно помнить их буду,
Что же молчу я о них, Постум? Да ты говоришь!
Коль о подарках твоих вести разговор начинаю,
Слышу сейчас же в ответ: «Сам он о том говорил».
5Дело одно для двоих — нехорошая вещь; и довольно
Здесь одного: помолчи, речи моей коли ждешь.
Пусть и велик будет дар, — пропадает он, Постум, поверь мне,
Если даритель начнет всюду болтать о себе.

v liii. colchida quid scribis, quid scribis, amice, thyesten

Что о Колхийке писать? Что писать тебе, друг, о Фиесте?
Басс, что Ниоба тебе иль Андромаха сама?
Лучше подходит твоим сочиненьям, о, в этом поверь мне, —
Девкалиона потоп иль Фаэтона огонь!

Ст. 4. Девкалиона потоп иль Фаэтона огонь. — то есть стихи Басса надо или бросить в воду, или сжечь.

v lvi. cui tradas, lupe, filium magistro

Долго думаешь ты, совета просишь,
Луп, кому бы отдать сынка в ученье.
Где грамматик сидит иль ритор — дальше
Будь от них, мой совет. Пусть сын не знает
5Цицероновых книг, стихов Марона,
Пусть Тутилия бросит с его славой,
Если пишет стихи, лиши наследства.
Хочет прибыльные искусства знать он, —
Будет пусть кифаредом иль флейтистом.
10Если ж думаешь, туп умом твой мальчик,
Пусть глашатаем будет он иль зодчим.

Ст. 11. Пусть глашатаем будет он иль зодчим — имеются в виду глашатаи-аукционисты, зарабатывавшие огромные деньги в Риме эпохи Марциала, и недобросовестные архитекторы, о которых говорит Витрувий во вступлении к книге десятой своего сочинения об архитектуре.

v lviii. cras te victurum, cras dicis, postume, semper

Завтра намерен ты жить, и твердишь только «завтра» да «завтра».
«Завтра»-то это, скажи, Постум, когда же придет?
«Завтра» твое далеко ль? Где оно? Где искать его нужно?
Скрыто ль у парфов оно, или в Армении где?
5«Завтра» твое — уж старо: то Приама иль Нестора годы.
Ну, а какой же ценой «завтра» такое купить?
Жизнь твоя завтра... О, нет! И сегодня для жизни уж поздно.
Постум, кто пожил вчера, тот лишь один и мудрец!

v lix. quod non argentum, quod non tibi mittimus aurum

Ни серебра я тебе, ни золота слать не намерен:
Стелла, то в пользу тебе, красноречивый, идет.
Всякий, кто много дает, и себе ожидает того же, —
Вазы из глины мои ты отдаришь без труда.

v lx. adlatres licet usque nos et usque

Лаешь ты на меня — и лай, коль хочешь,
Дерзкой бранью своей дразнить старайся.
Нет! решил отказать тебе я в славе —
Ищешь в книгах моих ее давненько,
5Чтоб прочли о тебе хоть это угодно.
Знать зачем и кому о том, что был ты?
Нет же! Сгинь, пропади без вести, жалкий!
В нашем городе есть, быть может, люди,
Иль один, или два, иль три-четыре,
10Что хотели бы драть собачью шкуру:
Но в чесотке такой сдержу я ногти.

v lxi. crispulus iste quis est, uxori semper adhaeret

Кто ж это в кудрях стоит и к жене твоей льнет беспрестанно?
Кто же такой, Мариан, кто ж это в кудрях такой?
В нежное ухо журчит госпоже он без устали что-то.
И на сиденье ее правым локтем оперся.
5Легкие перстни бегут через все его пальцы красиво,
И ни один волосок не безобразит ноги.
Что ж не ответишь ты мне? А! дела, говоришь, у супруги
Ведает он, и делец, очень надежен и тверд.
Да и лицом-то своим управителя он обличает,
10 Даже Авфидий не мог дело так ловко вести.
Как бы достоин ты был, Мариан, заушенья Латина.
Будешь Панникулу ты, видно, преемник прямой.
Значит, супруги дела! Вести что-то может кудрявый!
Нет, не супруги дела: дело справляет твое!

v lxii. iure tuo nostris maneas licet, hospes, in hortis

Можешь ты, гость, — то право твое, — у меня оставаться,
Если на голой земле ты в состояньи лежать,
Иль для себя привезешь всю нужную утварь с собою:
Ведь отказалась служить утварь моя уж давно.
5Сломано ложе, на нем тюфяка нет, даже пустого,
А перетяжки лежат сгнившие, порван ремень.
Пусть, однако, для нас, для обоих, пристанище будет:
Место сам я купил, ты ж обстановку купи.

v lxiii. ‘quid sentis’ inquis 'de nostris, marce, libellis?

«Что же ты думаешь, Марк, о моих сочиненьях, скажи мне?»
Часто ты, Понтик, меня спрашивал, полный забот.
О, удивлен, изумлен! Совершеннее что же быть может!
Регул, пожалуй, и тот меньший имеет талант.
5«Вот твое мненье! О, пусть, в той же мере, хранит тебя Цезарь!
Пусть и Юпитер хранит!» — Нет, пусть, уж лучше тебя!

Острота двух последних стихов этой эпиграммы в том, что Марциал на самом деле считает произведения Понтика никуда негодными.

v lxiv. sextantes, calliste, duos infunde falerni

Два секстанта налей, Каллист, в мой кубок фалерна,
Летнего снега подбавь в кубок ты сверху, Альцим.
Пусть мой волос блестит, увлажненный чрезмерно бальзамом,
Пусть и гирлянда из роз мне украшает виски.
5Жить нам приказ отдают стоящие здесь мавзолеи:
«Может и бог умереть», — так ведь они говорят.

Ст. 2. Летнего снега подбавь — густое темное фалернское вино римляне разбавляли холодною водою или снегом. Ср. IX, 22 ст. 8, где говорится, что снег чернеет от фалерна.

v lxx. infusum sibi nuper a patrono

Дал Сириску патрон недавно, Максим,
Денег целый мильон — и что ж? Бродяга
Все в харчевни унес, едят где сидя,
Там, где четверо бань сошлись все к ряду.
5Нужно ж глотку иметь, мильон, чтоб слопать,
Да какую еще — без ложа слопать!

Ст. 3. Едят где сидя — обычно римляне ели лежа; намек на то, что Сириск проел свой миллион самым вульгарным образом.

v lxxviii. si tristi domicenio laboras

Если грустно, один обедать должен,
Что ж, иди голодать со мной, Тораний.
Коль закуску вперед иметь желаешь,
Лук тяжелый я дам, салат дешевый.
5Дам и рыбы в кусках, ломтями яйца,
Дам капусты тебе зеленой — в черном
Будет блюде она, сожжешь все пальцы, —
Только с грядок она взята прохладных;
Дам тебе и колбас я в белой каше,
10Желтоватых бобов на красном жире.
Коль второе себе ты блюдо хочешь,
Вот сухой виноград к твоим услугам,
Или груша — зовут ее сирийской,
Иль каштан, что в Неаполе рос мудром:
15Пекся он на огне, не очень сильном.
Нам дрянное вино — хорошим станет.
Если ж после еды всей этой снова
Голод Вакх возбудит — всегда так было,
Тут на помощь идут оливки — прелесть,
20Лишь недавно снимали их в Пицене,
И кипящий горох, лупин чуть теплый.
Скудный, правда, обед, — кто может спорить?
Но ты искренен здесь, с тобою — тоже,
Ты лежишь, и лицо твое спокойно.
25Свитка длинного тут читать не будут,
А бесстыдный Гадес не даст танцовщиц,
Тех, кто бедрами движут бесконечно,
В похотливой своей умелой дрожи.
Здесь же грубости нет, и вкус тут тонкий:
30Юный Кондил играть на флейте будет.
Вот он весь и обед... Но будешь рад ты
Видеть Клавдию здесь на первом месте.

Ст. 20. Пицен — область средней Италии на побережье Адриатики, славившаяся своими оливками.

Ст. 26. Гадес — город в Испании (теперь Кадикс). Из Гадеса в Рим отправлялись рабыни-танцовщицы.

v lxxx. non totam mihi, si vacabis, horam

Коль свободен, — не час, хотя б частичку
Удели мне, Север, и в долг зачисли,
Чтоб безделки мои, читая, править.
«Жалко время терять». — Тебя прошу я
5Потерпеть как-нибудь, снести потерю.
Если сам проглядишь с ученым вместе
(Иль уж много я прошу?) Секундой,
Больше ты для моей бы сделал книжки,
Чем я сам для нее, ее создатель.
10Ей покойною быть, ей не увидеть,
Как усталый Сизиф вращает камни,
Если строгим пером по ней пройдется
Наш ученый Секунд с моим Севером.

Ст. 3. Безделки мои... править — то есть поправлять мои стихи.

Ст. 10—11. Марциал говорит, что его книга не попадает в загробный мир, где осужден на муки Сизиф: она, не умрет благодаря поправкам его друзей.

v lxxxii. quid promittebas mihi milia, gaure, ducenta

Что ж обещался ты, Гавр, двести тысяч мне выдать сестерций,
Если и десять не мог тысяч теперь предложить?
Иль не желаешь ты дать, хоть и можешь? Но это постыдно!
Так пропади ж ты совсем! Низкий ты, Гавр, человек!

v lxxxiv. iam tristis nucibus puer relictis

Грустен стал ученик — конец орехам.
Строгий снова зовет его учитель...
В кости все проиграв, что так и манят,
Взят дозором игрок в притоне тайном,
5Опьянелый стоит, моля эдила.
Сатурналий конец! Прошел весь праздник.
Мне ж и малых даров, безделок сущих,
Как в былые года, не шлешь ты, Галла.
Что ж! Пусть так и пройдет мой день декабрьский.
10Знаешь, думаю, ты: придет ведь скоро
Праздник также и ваш — календы марта.
Тут-то, Галла, тебе твое отдам я.

Ст. 11. Календы марта — первого марта в Риме справлялся женский праздник — Матроналии в честь Юноны.

На сайте используется греческий шрифт


© Север Г. М., 2008—2016