МАРК ВАЛЕРИЙ МАРЦИАЛ • ПЕРЕВОДЫ И МАТЕРИАЛЫ
L. IL. IIL. IIIL. IVL. VL. VIL. VIIL. VIIIL. IXL. XL. XIL. XIIL. XIIIL. XIVL. DE SPECT.

петровский ф. а.


Петровский Ф. А., LIBER IV, 89 перев.

iv i. caesaris alma dies et luce sacratior illa

Цезаря радостный день, святее зари, что в Диктейском
Гроте Юпитер узрел, с ведома Иды родясь,
О, повторяйся, молю, ты дольше пилосского века,
Тот же являя всегда или прекраснее лик!
5Чествует долго пускай Тритониду в золоте Альбы
Наш властелин и дает многим дубовый венок.
Чествует пусть и века в обращенье великого лустра,
Ромула пусть он обряд, чтимый Тарентом, блюдет.
Вышние! Многого мы, но земле ведь потребного, просим:
10Можно ль, за бога прося нашего, скромными быть?

Эпиграмма написана ко дню рождения Домициана 24 октября 88 года, когда Домициану минуло тридцать семь лет.


Ст. 3. ...Пилосского века...  — т.е. возраста Нестора, царя Пилоса.

Ст. 6. Дубовый венок — давался победителям на играх в честь Юпитера.

Ст. 7. Великий лустр — лустром называлось очистительное жертвоприношение каждые пять лет. Великим лустром называлось празднество, которое должно было совершаться через каждые 110 лет.

Ст. 8. ...обряд, чтимый Тарентом... — жертвоприношение Плутону на Марсовом поле, на участке, называвшемся Тарентом.

iv ii. spectabat modo solus inter omnes

Раз, — из всех только он в одежде черной
Представленье пришел смотреть Гораций,
Хоть народ и все всадники с сенатом,
Со святейшим вождем сидели в белом.
5Вдруг с небес повалили хлопья снега:
Вот теперь и Гораций тоже в белом.

iv iii. aspice quam densum tacitarum vellus aquarum

Видишь, как густо волна бесшумного водного тока
Льется на Цезаря лик и на колени его?
Но на Юпитера он не сердит: не тряся головою,
Смотрит, смеясь на поток скованных холодом вод.
5Он ведь привык покорять на Севере звезды Боота
И на Гелику смотреть, не вытирая волос.
Кто ж изливает, резвясь, с эфира сухие потоки?
Подозреваю, послал Цезарев сын этот снег.

Ст. 8. Цезарев сын — сын Домициана, умерший в младенчестве и обожествляемый Марциалом.

iv iv. quod siccae redolet palus lacunae

То, чем пахнет стоячее болото,
Чем от серных несет притоков Тибра
И от рыбных морских садков загнивших,
От похабных козлов во время случки,
5От сапог утомленного солдата
Иль от крашенной дважды в пурпур шерсти,
От справляющих шабаш иудеек,
Изо рта у несчастных подсудимых
Иль от лампы коптящей грязной Леды,
10Чем разит от сабинской мази мерзкой,
От бегущей лисы, от нор гадючьих —
Мне милей того, чем ты пахнешь, Басса!

iv v. vir bonus et pauper linguaque et pectore verus

Честен ведь ты и бедняк, ты правдив на словах и на деле,
Так почему ж, Фабиан, тянет в столицу тебя?
Ты никогда не сойдешь ни за сводника, ни за гуляку,
Робких ответчиков в суд грозно не сможешь ты звать,
5Ты не решишься жену соблазнить закадычного друга
И не сумеешь прельстить ты одряхлевших старух,
Всякий рассказывать вздор и сеять придворные сплетни
Или же рукоплескать Глафира с Каном игре.
Чем тебе, жалкий ты, жить? «Но я друг надежный и верный...»
10Вздор это все! И тебе ввек Филомелом не стать.

iv vi. credi virgine castior pudica

Чище девы невинной слыть ты хочешь
И застенчивым жаждешь ты казаться,
Хоть ты, Масилиан, того развратней,
Кто, размеры Тибулла повторяя,
5На дому декламирует у Стеллы.

iv vii. cur, here quod dederas, hodie, puer hylle, negasti

В том, что вчера мне дарил, почему отказал ты сегодня,
Мальчик мой Гилл, и суров, кротость отбросив, ты стал?
Бороду, волосы ты в оправданье приводишь и годы:
О, что за долгая ночь сделала старым тебя?
5Что издеваться? Вчера ты был мальчиком, Гилл, а сегодня,
Мне объясни, отчего сделался мужем ты вдруг?

iv viii. prima salutantes atque altera conterit hora

Первый час и второй поутру посетителей мучат,
Третий — к дневному труду стряпчих охрипших зовет;
С трех до пяти занимается Рим различной работой,
Отдых усталым шестой вплоть до седьмого дает;
5Хватит с семи до восьми упражняться борцам умащенным,
Час же девятый велит ложа застольные мять;
Ну, а в десятый, Евфем, для моих предназначенный книжек,
Ты амбросийных всегда занят подачею яств:
Цезаря доброго тут услаждает божественный нектар,
10В час этот мощной рукой скромно он кубки берет.
Тут мои шутки давай: ведь стопою к Юпитеру вольной
Боязно утром идти Талии было б моей.

Ст. 1. Первый час и второй... — сутки римляне делили на две части по двенадцать часов в каждой: одну — от восхода солнца до заката, другую — от заката до восхода. Таким образом, при восходе солнца, например, в семь часов утра, это будет первый час; третий придется на девять часов утра, седьмой — на тринадцать часов, десятый — на шестнадцать и т.д.

iv ix. sotae filia clinici, labulla

Сота-медика дочка ты, Лабулла,
Мужа бросив, за Клитом устремилась;
Влюблена и даришь рукою щедрой.

Ст. 3. ...и даришь рукою щедрой — в оригинале по-гречески: eheis asotos.

iv x. dum novus est nec adhuc rasa mihi fronte libellus

Новую книжку мою, с еще неотглаженным краем
И у которой страниц страшно коснуться сырых,
Мальчик, в подарок неси пустяковый любимому другу:
Первый по праву мои шутки он должен иметь.
5Но снарядившись беги: пусть книгу пунийская губка
Сопровождает, — она к дару идет моему.
Право, подчистки, Фавстин, все равно не способны исправить
Наши остроты: зараз все их исправит она.

iv xi. dum nimium vano tumefactus nomine gaudes

Ты, непомерно гордясь своим именем вздорным, надменный,
И Сатурнином кому, жалкий ты, совестно быть,
Под паррасийской войну ты Медведицей поднял преступно,
Как обнаживший свой меч из-за фаросской жены.
5Иль ты забыл о судьбе носившего это же имя,
Что уничтожен он был гневной актийской волной?
Иль тебе Рейн обещал то, что преступнику не дал
Нил, а арктической дан больший волне произвол?
Даже Антоний — и тот от нашего пал ополченья,
10Он, кто в сравненье с тобой извергом, Цезарем был.

Эпиграмма обращена к Луцию Антонию Сатурнину, наместнику Верхней Германии, который поднял восстание против Домициана в 89 г.


Ст. 1. ...гордясь своим именем... — именем Антоний, как у триумвира Антония, воевавшего с императором Августом рада Клеопатры (Фаросской жены) и разбитого близ Антийского мыса.

Ст. 2. Сатурнин — имеется в виду мятежник Луций Апулей Сатурнин, народный трибун 103 и 100 гг. до н.э.

iv xii. nulli, thai, negas, sed si te non pudet istud

Всем ты, Таида, даешь, но, коль этого ты не стыдишься,
Право, Таида, стыдись все, что угодно, давать.

iv xiii. claudia, rufe, meo nubit peregrina pudenti

Женится друг наш Пудент на Клавдии, Руф, Перегрине:
Благословенны твои факелы, о Гименей!
Редкостный так киннамон сочетается с нардом душистым,
Массик прекрасную смесь с медом Тезея дает;
5Лучше не могут сплестись с лозою нежною вязы,
Лотос не ближе к воде льнет или мирт к берегам.
Ложе их ты осени, о Согласие ясное, вечно,
В равном супружестве пусть будет взаимной Любовь:
Мужа до старости лет пусть любит жена, а супругу,
10Даже и старую, муж пусть молодою сочтет.

iv xiv. sili, castalidum decus sororum

Силий, слава и честь сестер Кастальских,
Нарушение клятв народом диким
Мощным гласом громящий и коварство
Ганнибала, и пунов вероломных
5Покоряющий славным Сципионам,
Позабудь ненадолго ты суровость
В декабре, что игрой нас тешит праздной,
И гремит там и сям рожком обманным,
И костями негодными играет.
10Одолжи свой досуг Каменам нашим
И прочти благосклонно, лба не хмуря,
Книжки, что под хмельком от резвых шуток.
Ведь и нежный Катулл теперь посмел бы
«Воробья» самому послать Марону.

Ст. 1. Силий — поэт Силий Италик, автор исторического эпоса о второй Пунической войне.

Ст. 7. В декабре — т.е. на праздник Сатурналий.

iv xv. mille tibi nummos hesterna luce roganti

Цецилиан, когда тысячу дать попросил ты намедни,
Дней через шесть или семь долг обещая вернуть,
«Нет у меня», — я сказал, но ты, под предлогом приезда
Друга, теперь у меня просишь и блюдо и чаш.
5Что ж ты — дурак? Иль меня дураком ты, дружок мой, считаешь?
Раз я в одной отказал тысяче, — пять одолжу?

iv xvi. privignum non esse tuae te, galle, novercae

Вовсе не пасынком, Галл, своей мачехи, судя по слухам,
Был ты, когда за отца вышла она твоего.
Все же, пока он был жив, нельзя было это проверить.
Умер, Галл, твой отец, — мачеха все же с тобой.
5Пусть от подземных теней будет вызван сам Туллий великий,
Пусть даже Регул тебя взялся бы сам защищать,
Не оправдаться тебе: ведь та, что осталась с тобою
После отца, никогда мачехой, Галл, не была.

iv xvii. facere in lyciscam, paule, me iubes versus

Ты на Ликиску написать стихи просишь,
Чтоб, покраснев от них, она пришла в ярость.
Хитер ты: хочешь ей один быть мил, Павел!

iv xviii. qua vicina pluit vipsanis porta columnis

Где, от Випсаньевых близко колонн, сочатся ворота,
Где, отсырев от дождя, скользки каменья всегда,
Мальчику в горло, когда подходил он под влажную кровлю,
Острой сосулькой впилась, оледеневши, вода.
5После ж, свершив приговор жестокой судьбы над несчастным,
В ране горячей его хрупкий растаял кинжал.
Где же положен предел своеволию лютой Фортуны?
Где же от смерти спастись, раз убивает вода?

Ст. 1. ...сочатся ворота... — от водопровода, проходившего над ними.

iv xix. hanc tibi sequanicae pinguem textricis alumnam

Эту косматую ткань — питомку секванской ткачихи,
Что на спартанский манер мы эндромидой зовем,
В дар, хоть и скудный, но все ж в холода декабря не презренный,
Я посылаю тебе из чужеземных краев.
5Борешься ль ты, умастив себя липкою мазью, иль теплый
Ловишь рукою тригон, иль запыленный гарпаст,
Или же в мяч, не тугой и легкий как пух, ты играешь,
Иль вперегонку бежать с Атою резвым пошел,
Сквозь этот плащ не проникнет озноб до потного тела,
10И не проймет тебя вдруг резким Ирида дождем.
В этом подарке тебе нипочем будут ветры и ливни,
В тирской же ты кисее не упасешься от них.

Ст. 1. ...секванской ткачихи... — Секваны, галльское племя.

Ст. 6. Тригон и гарпаст — разного рода мячи.

Ст. 8. Ата — дочь Зевса, быстроногая и могучая богиня, насылающая помрачение ума на людей.

Ст. 10. Ирида — вестница богов, сходящая на землю по радуге.

iv xx. dicit se vetulam, cum sit caerellia pupa

Старенькой все называет себя Цереллия-крошка,
Геллия крошкой себя, хоть и старуха, зовет.
Если несносна одна, то несносна, Коллин, и другая:
Что смехотворно в одной, то тошнотворно в другой.

iv xxi. nullos esse deos, inane caelum

Что богов нет нигде, что пусто небо,
Вечно Сегий твердит. И прав он, ибо,
Отрицая все это, стал богатым.

iv xxii. primos passa toros et adhuc placanda marito

Первые ласки снеся, но еще не смиренная мужем,
В глубь Клеопатра нырнув, скрылась в прозрачной воде,
Чтобы объятий бежать. Но беглянку выдала влага:
Видно ее было всю даже в глубокой воде.
5Так за прозрачным стеклом перечесть ты лилии можешь,
Так не способен хрусталь нежную розу сокрыть.
Бросился я в глубину и насильно срывал поцелуи:
Струи прозрачные, вы большего не дали мне!

iv xxiii. dum tu lenta nimis diuque quaeris

Вот пока ты все медлишь, не решая,
Кто второй в эпиграмме и кто первый
Из писавших по-гречески поэтов,
Пальму первенства, Муза, уже отдал
5Каллимах добровольно Брутиану.
Коль, Кекроповым он пресытясь блеском,
Солью римской Минервы увлечется,
Пусть за ним буду, Талия, вторым я.

iv xxiv. omnes quas habuit, fabiane, lycoris amicas

Всех до одной, Фабиан, схоронила подруг Ликорида:
Вот бы с моею женой ей подружиться теперь!

iv xxv. aemula baianis altini litora villis

Берег Альтина морской, что поспорит и с дачами в Байях,
И Фаэтонову смерть некогда видевший лес,
Сола, краса всех Дриад, которую Фавн Антеронов
У Евганейских озер выбрал в супруги себе,
5Ты, Аквилея моя, орошенная Леды Тимавом,
Где в семиустой струе Киллара Кастор поил, —
Все вы под старость моим прибежищем будете тихим,
Если смогу выбирать место для отдыха я.

Большая часть мест, упоминаемых в этой эпиграмме, находится на северном побережье Адриатического моря.


Ст. 2. Фаэтон — сын Гелиоса, бога Солнца. Погиб, взявшись управлять солнечной колесницей отца.

Ст. 3. Дриады — нимфы, покровительницы деревьев. Фавн — У римлян бог полей, лесов, пастбищ, животных.

Ст. 5. Тимав — река в Истрии, между Аквилеей и Триестом.

Ст. 6. Киллар — конь Кастора.

iv xxvi. quod te mane domi toto non vidimus anno

Если к тебе не ходил целый год я здороваться утром,
Знаешь, убыток какой, Постум, я здесь потерпел?
Дважды тридцать, иль нет — трижды двадцать сестерциев, верно.
Постум, прости, но дрянной тоги дороже цена.

iv xxvii. saepe meos laudare soles, auguste, libellos

Часто, Август, мои ты хвалишь стихи, но завистник
В это не верит. Так что ж? Реже ли хвалишь ты их?
Разве ты лишь на словах мне честь оказал, а на деле
Не одарил меня так, как не способен никто?
5Желчно он снова, смотри, грызет свои черные ногти.
Так ты меня одари, Цезарь, чтоб он извелся!

iv xxviii. donasti tenero, chloe, luperco

Хлоя, юному ты дала Луперку
Тканей тирских, испанских и червленых,
Тогу, в теплом омытую Галезе,
Сардониксов индийских, скифской яшмы
5И чеканки последней сто червонцев.
И, чего ни попросит, все ты даришь.
О влюбленная в гладеньких бедняжка,
Донага тебя твой Луперк разденет!

iv xxix. obstat, care pudens, nostris sua turba libellis

Слишком много, Пудент, я стихов моих выпускаю:
До пресыщения их надоедает читать.
Редкое нравится нам: так первый овощ вкуснее,
Так же дороже для нас розы бывают зимой;
5Так набивает себе любовница хищная цену
Спесью: открытая дверь не привлечет молодежь.
С книгою Персия мы считаемся чаще одною,
Чем с «Амазонидой» всей, Марса бесцветным трудом.
Так же и ты, из моих любую книжку читая,
10Думай, что нет остальных: выше оценишь ее.

Ст. 7. Персий — поэт I в. н.э., автор книги сатир.

Ст. 8. ...«Амазонидой»... Марса... — имеется в виду поэма Домиция Марса на мифологический сюжет, не дошедшая до нас.

iv xxx. baiano procul a lacu, monemus

Байских вод избегай, рыбак, — поверь мне,
Чтоб домой без греха ты мог вернуться.
Это озеро — рыб приют священных,
Что привыкли к хозяину и лижут
5Руку, коей на свете нет сильнее.
Каково: имена они все носят
И на зов господина приплывают!
Нечестивый один ливиец, как-то
Зыбкой удочкой там таща добычу,
10Глаз лишился и вдруг, ослепнув сразу,
Рыбы пойманной он не мог увидеть
И, крючки святотатственные бросив,
Подаяньем живет у вод он байских.
Уходи от греха, пока не поздно,
15Простодушно подбросив в волны корму,
И почтителен будь к священным рыбам.

iv xxxi. quod cupis in nostris dicique legique libellis

Зная, что в книжках моих упомянутым быть ты стремишься
И полагаешь, что есть в этом немалый почет,
Пусть я погибну, коль сам постоянно о том не мечтаю
И не хотел бы тебя видеть в своих я стихах.
5Имя, однако, твое, что по милости жестокосердой
Матери носишь своей, чуждо источнику Муз.
Произнести ведь его ни Полимнии, ни Мельпомене,
Ни Каллиопе самой с помощью Феба невмочь.
Имя поэтому ты себе выбери милое Музам:
10Ведь «Гипподама» всегда слышать не сладко тебе.

Ст. 10. «Гипподама» — очевидно, переделанное на греческий лад имя «Домиция Кабаллина» («лошадиная»: по-гречески лошадь — hippos).

iv xxxii. et latet et lucet phaethontide condita gutta

Заключена и блестит в слезе сестер Фаэтона
Эта пчела и сидит в нектаре будто своем.
Денная ей воздана награда за труд неустанный:
Верно, желанна самой смерть ей такая была.

iv xxxiii. plena laboratis habeas cum scrinia libris

Ежели книг у тебя обработанных ящики полны,
То почему не издашь, Сосибиан, ничего?
«Наши стихи, — говоришь, — наследник издаст». Но когда же?
Ведь уж пора бы тебя, Сосибиан, помянуть.

iv xxxiv. sordida cum tibi sit, verum tamen, attale, dicit

Аттал, хотя и грязна твоя тога, но сущую правду
Высказал тот, кто назвал тогой ее снеговой.

Ст. 2. ...тогой... снеговой — снеговой (nivea) называлась изношенная и потому холодная тога.

iv xxxv. frontibus adversis molles concurrere dammas

Сшиблись, лбы наклонив, друг с другом робкие лани
(Видели мы), и сразил рок одинаковый их.
Замерли гончие псы пред добычей, и гордый охотник,
Остолбенев, опустил свой бесполезный кинжал.
5Нежные души такой отчего разгорелися страстью?
Так налетают быки, так погибали мужи.

iv xxxvi. cana est barba tibi, nigra est coma: tinguere barbam

Черноволос ты, но седобород: окрасить не мог ты
Бороду (в этом вся суть), Ол, ну а голову мог.

iv xxxvii. 'centum coranus et ducenta mancinus

«Коран мне сотню тысяч, да Манцин двести,
Да триста тысяч Титий, да Альбин вдвое,
Мильон Сабин мне должен и Серран столько ж;
С поместий и квартир мильона три чистых,
5Да с пармских стад дохода мне шестьсот тысяч».
Ты, Афр, мне каждый божий день твердишь это.
Я все запомнил лучше, чем свое имя.
Чтоб мог терпеть я, отсчитай-ка мне денег,
А то, по правде, и стошнить меня может:
10Ведь больше, Афр, не в силах слушать я даром.

iv xxxviii. galla, nega: satiatur amor, nisi gaudia torquent

Галла, ты мне откажи: пресыщает любовь без мучений,
Но без конца берегись, Галла, отказывать мне.

iv xxxix. argenti genus omne comparasti

Серебра всевозможного добыл ты:
У тебя одного Мирон старинный,
У тебя одного Скопас, Пракситель,
Для тебя одного чеканил Фидий,
5Да и Ментора вещи у тебя лишь.
Гратий подлинный тоже есть в избытке,
С позолотою блюда каллаикской
И настольный резной прибор от предков.
Но среди серебра всего, как странно,
10Нет, Харин, никакой посуды чистой.

Ст. 6. Гратий — чеканщик, чьи произведения упоминаются также Плинием Старшим (XXXIII, 39).

Ст. 7. ...с позолотою... каллаикской... — т.е. испанской (из нынешней Галисии).

iv xl. atria pisonum stabant cum stemmate toto

В дни, когда процветал Писонов род величавый,
Да и ученого дом Сенеки чтим был втройне,
Царствам столь славным тебя одного предпочел я, мой Постум:
Всадник ты был и бедняк, мне же ты консулом был.
5Тридцать зим отсчитал я, Постум, вместе с тобою,
И на постели одной мы засыпали вдвоем.
Нынче дарить, расточать ты можешь, сделавшись знатен
И состоятелен: жду, Постум, что сделаешь ты.
Нет ничего от тебя, а к другим царям опоздал я.
10Что же, Фортуна, сказать можешь ты? «Постум надул!»

Ст. 1. .. .когда процветал Писонов род... — род Писонов пришел в упадок после заговора Гая Кальпурния Писона против Нерона в 65 г.

Ст. 3. Царствам... — т.е. домам патронов.

iv xli. quid recitaturus circumdas vellera collo

Вслух собираясь читать, ты что ж себе кутаешь горло?
Вата годится твоя больше для наших ушей!

iv xlii. si quis forte mihi possit praestare roganti

Если бы мальчика кто когда-нибудь мог мне доставить,
Слушай, какого бы я, Флакк, попросил бы тогда:
Должен, во-первых, он быть с побережья нильского родом, —
Больших проказ ни одна не порождает страна;
5Снега белее он будет пускай: в Мареотиде смуглой
Редок оттенок такой, а потому и красив;
Ярче, чем звезды, глаза должны быть, а волосы мягко
Падать к плечам: завитых, Флакк, не люблю я волос;
Низким должен быть лоб, а нос — с небольшою горбинкой,
10Пестумской розы алей быть его губы должны.
Пусть принуждает, когда не хочу, а хочу — не захочет,
Пусть постоянно вольней будет, чем сам господин.
Мальчиков пусть он бежит и девочек прочь отгоняет:
Взрослым пусть будет для всех, мальчиком — мне одному.
15«Я понимаю, меня не надуть; и, по-моему, прав ты:
В точности, — скажешь ты мне, — наш Амазоник таков».

iv xliii. non dixi, coracine, te cinaedum

Не назвал, Коракин, тебя я бабой:
Не настолько я смел и опрометчив,
Да и нет у меня охоты к сплетням.
Коль назвал, Коракин, тебя я бабой,
5Из бутыли пусть Понтии я выпью,
Пусть Метилия кубок осушу я:
Я клянусь желваком тебе сирийским,
Берекинтским безумием клянусь я!
А сказал я ведь то, что всем известно,
10Что и сам отрицать ведь ты не станешь:
И назвал, Коракин, тебя я гнусным.

iv xliv. hic est pampineis viridis modo vesbius umbris

Здесь в зеленой тени винограда недавно был Весбий,
Сок благородной лозы полнил здесь пьяную кадь:
Эти нагория Вакх любил больше Нисы холмистой,
Здесь на горе хоровод резво сатиры вели.
5Лакедемона милей места эти были Венере,
И Геркулесовым здесь славен был именем дол.
Все уничтожил огонь и засыпал пепел унылый.
Даже и боги такой мощи не рады своей.

Ст. 1. Весбий — Везувий, извержение которого в 79 г. разрушило Помпеи и Геркуланум.

iv xlv. haec tibi pro nato plena dat laetus acerra

Эти за сына дары, фимиам воскуряя обильно,
Феб, Палатинский тебе счастлив Парфений воздать.
Пусть, пятилетье свое теперь начиная второе,
Бурр завершит и живет множество олимпиад.
5Внемли молитвам отца! Да любит тебя твое древо,
Да веселится твоя истинным девством сестра!
Неувядаемо пусть цветет твоя вечная юность,
Феб! Да не будут твоих Бромия кудри длинней!

Ст. 2. Парфений — спальник Домициана, бывший и поэтом.

iv xlvi. saturnalia divitem sabellum

В Сатурналии стал Сабелл богатым,
И по праву теперь Сабелл надменен:
Он считает и громко заявляет,
Что всех стряпчих теперь он превосходит.
5Самомненье такое у Сабелла
От дробленых бобов и мерки полбы,
Трех полфунтиков ладана и перца,
От луканских колбас с кишкой фалисской,
От бутыли сирийской с гретым суслом,
10От мороженых фиг в горшке ливийском,
От улиток, и луковиц, и сыра.
Взял еще от клиента из Пицена
Горсть оливок он в ящичке не емком,
И, резцом гончара точенных грубо,
15Семь сосудов столовых из Сагунта,
Изваяния из испанской глины,
Да с широкой каймой цветной салфетку.
Сатурналий Сабелл обильней этих
За последние десять лет не видел.

iv xlvii. encaustus phaethon tabula tibi pictus in hac est

Выжжен красками здесь Фаэтон у тебя на картине.
Дважды зачем захотел ты Фаэтона спалить?

iv xlviii. percidi gaudes, percisus, papyle, ploras

Любишь пронзенным ты быть, но пронзенный, Папил, ты ноешь.
Что же, коль это сбылось, Папил, тебе горевать?
Зуда тебе непристойного жаль? Иль, скорее, ты плачешь
Горько о том, что хотел, Папил, пронзенным ты быть?

iv xlix. nescit, crede mihi, quid sint epigrammata, flacce

Тот, поверь мне, мой Флакк, ничего в эпиграммах не смыслит,
Кто их забавой пустой или потехой зовет.
Больше забавы у тех, кто пишет про завтрак Терея
Лютого, иль про обед твой, кровожадный Тиест,
5Или как сыну Дедал прилаживал плавкие крылья,
Иль как циклоп Полифем пас сицилийских овец.
Нет! Нашим книжкам чужда пустая напыщенность вовсе,
Сирмой безумной совсем Муза не грезит моя.
«Но ведь поэтов таких превозносят, восторженно хвалят».
10Хвалят их, я признаю, ну а читают меня.

Ст. 3. Терей — царь Фракии. Его жена, Прокна, мстя за свою сестру Филомелу, убила своего сына Итиса от Терея и мясо м его накормила Терея.

Ст. 4. Тиест (Фиест) — сын Пелопа, соблазнивший жену своего брата Атрея. В отместку Атрей накормил брата мясом его детей.

iv l. quid me, thai, senem subinde dicis

Все меня стариком зовешь, Таида?
Ртом, Таида, старик не хуже юных.

iv li. cum tibi non essent sex milia, caeciliane

Хоть и шести у себя никогда ты не видывал тысяч,
Цецилиан, но шесть слуг всюду носили тебя.
Ну, а когда получил от богини слепой два мильона
И распирают мошну деньги, ты ходишь пешком.
5Что по заслугам твоим и во славу тебе пожелать бы?
Цецилиан, да вернут боги носилки тебе!

Ст. 6. Да вернут боги носилки тебе — очевидно, для выноса тела. Ср. I, 99, 16—18.

iv lii. gestari iunctis nisi desinis, hedyle, capris

Если на парочке коз, Гедил, ты будешь кататься,
То из козленка, Гедил, ты превратишься в козла.

iv liii. hunc, quem saepe vides intra penetralia nostrae

Он, кто стоит пред тобой в святилище нашей Паллады
Или же, Косм, у дверей нового храма торчит;
С посохом старец, с сумой, у которого комом седые
Волосы, кто до груди грязной оброс бородой;
5Он, чей засаленный плащ свалялся на голой кровати;
Он, кому пищу за лай, встретясь, толпа подает, —
Киник, ты думаешь, он? Обманчива лживая внешность:
Он ведь не киник совсем, Косм. «Ну, а кто ж?» Сукин сын.

Ст. 8. ...не киник... сукин сын.— Слово киник (cynicus) происходит от греческого kyon — собака.

iv liv. o cui tarpeias licuit contingere quercus

Ты, кому было дано коснуться Тарпейского дуба
И по заслугам листвой первой увенчанным быть,
Полностью всеми, Коллин, коль умен ты, пользуйся днями:
Может быть, нынешний день — это последний твой день.
5Трех Прядильщиц вовек никому умолить не случалось:
Точно блюдут они все ими назначенный день.
Будь ты богаче, чем Крисп, будь ты доблестней даже Трасеи
И Мелиора пышней великолепного будь, —
Кончит Лахеса урок, смотает сестер веретена,
10И перережется нить Пряхой одною из трех.

Ст. 5. Трех Прядильщиц... — имеются в виду три Мойры (Лахеса Клото, Атропос), плетущие нити человеческих судеб.

Ст. 7. ...доблестней даже Трасеи... — стоика Трасею Пета, приговоренного к смерти Нероном, Тацит (Анналы, XVI 21) назвал «воплощением доблести».

iv lv. luci, gloria temporum tuorum

Луций, сверстников наших честь и слава,
Ты, кто древнему Каю с отчим Тагом
Не даешь уступать речистым Арпам, —
Пусть рожденный среди твердынь Аргивских
5Воспевает в стихах Микены, Фивы
Или славный Родос, а то и Спарты
Сладострастной палестры в память Леды,
Нам же, родом из кельтов и гиберов,
Грубоватые родины названья
10В благодарных стихах позволь напомнить:
Город Бильбилу, сталью знаменитый,
Что и нориков выше и халибов,
И железом гремящую Платею
На Салоне, хоть мелком, но бурливом,
15И с водой, закаляющей доспехи;
И Риксам хороводы, и Тутелу,
И попойки у кардуев веселых,
И с гирляндами алых роз Петеру,
Риги — наших отцов театр старинный,
20И силаев, копьем разящих метко,
И озера Турасии с Тургонтом,
И прозрачные струи Тветониссы,
И священный дубняк под Бурадоном,
Где пройтись и ленивому приятно,
25И поля Вативески на откосе,
Где на крепких волах наш Манлий пашет.
Ты, читатель изысканный, смеешься
Этим сельским названьям? Смейся вволю!
Эти села милей мне, чем Бутунты.

Ст. 1. Луций — вероятно, Лициниан, к которому обращена эпиграмма I, 49.

Ст. 3. ...Речистым Арпам... — родине Цицерона.

iv lvi. munera quod senibus viduisque ingentia mittis

Ради тех щедрых даров, что ты шлешь старикам и вдовицам,
Хочешь, чтоб щедрым тебя, Гаргилиан, я назвал?
Мерзостней нет ничего, и нигде никого не найдется
Гаже тебя, кто свои сети дарами зовет.
5Так обольщает крючок коварный жадную рыбу,
Так соблазняет хитро глупых приманка зверей.
Великодушным как быть и щедрым, если не знаешь,
Я научу: одаряй, Гаргилиан, ты меня.

iv lvii. dum nos blanda tenent lascivi stagna lucrini

Держат плененным меня Лукрина беспутного воды
В пемзовых гротах, где бьют теплой струею ключи.
Ты же, Фавстин мой, избрал поселенца аргивского царство,
То, куда двадцать столбов римской дороги ведут.
5Но нестерпимо палит немейского чудища сердце
И разжигает огонь байских горячих ключей.
Ну так прощайте, ключи священные с берегом милым,
Вы, обиталище Нимф, влажных приют Нереид!
Вы Геркулеса холмы побеждайте в морозную зиму,
10Но уступите теперь Тибура вы холодку.

Ст. 3. ...поселенца аргивского царство... — Тибур (ныне Тиволи), основанный аргивянином Катиллом.

Ст. 4. ...двадцать столбов римской дороги... — т. е. двадцать миль.

Ст. 5. ...немейского чудища сердце... — главная звезда в созвездии Льва.

iv lviii. in tenebris luges amissum, galla, maritum

Галла, в потемках одна ты горюешь о смерти супруга.
Совестно, видно, тебе плакать о муже при всех.

iv lix. flentibus heliadum ramis dum vipera repit

К змейке, пока по ветвям Гелиад она кралась плакучих,
Капля стекла янтаря и преградила ей путь;
Все удивлялась она, что держится липкой росою,
Как замерла она вдруг, в слезке сгущенной застыв.
5Царственной ты не кичись своей, Клеопатра, гробницей,
Если могила змеи так превосходит твою.

Ст. 1. Гелиады — тополя. В тополя были превращены дочери Гелиоса, сестры Фаэтона, оплакивавшие брата, а слезы их превратились в янтарь.

iv lx. ardea solstitio castranaque rura petantur

Летней порой под Кастр и в Ардею можно поехать
Или туда, где палит землю созвездье Клеон,
Раз Куриаций клянет прохладный Тибура воздух,
Посланный смертью на Стикс прямо с прославленных вод.
5Нам никуда не уйти от судьбы: с приближением смерти
Даже и Тибур тебе может Сардинией стать.

Ст. 1. Кастр (ныне Марино) и Ардея — города на юг от Рима.

Ст. 2. Созвездие Клеон — Лев.

Ст. 6. Сардиния считалась нездоровой местностью.

iv lxi. donasse amicum tibi ducenta, mancine

Что получил от друга тысяч ты двести,
На этих днях, Манцин, довольный ты хвастал;
А у поэтов ты, — четвертый день нынче, —
Когда болтали мы, сказал нам, что платье,
5Подарок от Пампуллы, стоит все десять;
А настоящий сардоникс, да в три слоя,
И камней пара, цветом как волна моря,
Даны тебе, ты клялся, Целией с Бассой.
Вчера, во время поллионова пенья,
10Ты из театра вдруг пустился вон с криком,
Что получил в наследство тысяч ты триста,
А рано утром — сто, да и в обед сотню.
Чем провинились мы, друзья твои, тяжко?
Жестокий! Пожалей ты нас! Скорей смолкни!
15А если уж не может твой язык стихнуть,
То ври такое, что приятно нам слушать.

iv lxii. tibur in herculeum migravit nigra lycoris

В Тибур гераклов уйти Ликорида-смуглянка решила,
Веря, что темное все белым становится там.

Ст. 2. ...темное все белым становится там — см. об этом эпиграмму VII, 13.

iv lxiii. dum petit a baulis mater caerellia baias

В Байи Цереллия-мать из Бавлов отправилась морем,
Но погубила ее злобная ярость волны.
Славу свою вы теперь утратили, воды, преступно
Даже Нерону служить не пожелавшие встарь!

Ст. 1. Бавлы (ныне Баколи) — местечко около Бай.

Ст. 4. ...Нерону служить не пожелавшие... — Нерон неудачно пытался утопить свою мать Агриппину. См. Светоний. Нерон, 34.

iv lxiv. iuli iugera pauca martialis

Малый Юлия садик Марциала,
Что садов Гесперидских благодатней,
На Яникуле длинном расположен.
Смотрят вниз уголки его на холмы,
5И вершину его с отлогим склоном
Осеняет покровом ясным небо.
А когда затуманятся долины,
Лишь она освещенной выдается.
Мягко к чистым возносится созвездьям
10Стройной дачи изысканная кровля.
Здесь все семеро гор державных видно,
И весь Рим осмотреть отсюда можно,
И нагорья все Тускула и Альбы,
Уголки все прохладные под Римом,
15Рубры малые, древние Фидены
И счастливую девичьею кровью
Анны рощицу щедрую Перенны.
Там, — хоть шума не слышно, — видишь, едут
Соляной иль Фламиньевой дорогой:
20Сладких снов колесо не потревожит,
И не в силах ни окрик корабельный,
Ни бурлацкая ругань их нарушить,
Хоть и Мульвиев рядом мост и быстро
Вниз по Тибру суда скользят святому.
25Эту, можно сказать, усадьбу в Риме
Украшает хозяин. Ты как дома:
Так он искренен, так он хлебосолен,
Так радушно гостей он принимает,
Точно сам Алкиной благочестивый
30Иль Молорх, что недавно стал богатым.
Ну, а вы, для которых все ничтожно,
Ройте сотней мотыг прохладный Тибур
Иль Пренесту, и Сетию крутую
Одному нанимателю отдайте.
35А по-моему, всех угодий лучше
Малый Юлия садик Марциала.

Ст. 30. Молорх — бедный виноградарь, радушно принявший Геркулеса во время охоты на немейского льва.

iv lxv. oculo philaenis semper altero plorat

Всегда Филена слезы льет одним глазом.
Ты спросишь, как же это так? Другой вытек.

iv lxvi. egisti vitam semper, line, municipalem

Жизни твоей обиход всегда был, Лин, захолустным,
И невозможно никак было б дешевле прожить.
Чистилась тога твоя лишь в Иды и редко в Календы,
А для обеда одежд десять ты лет не сменял.
5Зайца — поля, кабана тебе рощи давали бесплатно,
Жирных дроздов посылал свой же обрысканный лес;
Рыбы улов для тебя из речных омутов добывался,
Красный кувшин тебе лил непокупное вино;
Слуг из Аргосской земли ты себе не выписывал юных,
10Но окружала простой сельская челядь очаг;
Ключницу ты обнимал или грубого мызника бабу,
Ежели похоть твою воспламеняло вино.
Дома пожар не палил твоего, а Сириус — поля,
В море не гибли суда, да ведь и не было их.
15Ты никогда не играл ни в какие азартные игры,
А на орехи одни бережно кости метал.
Где же, скажи мне, мильон наследства от матери-скряги?
Нет его! Право же, Лин, ловко ты всех обыграл!

Ст. 3. Иды — 13 или 15 день месяца, Календы— 1 день.

iv lxvii. praetorem pauper centum sestertia gaurus

Гавр умолял ему дать сотню тысяч сестерциев, бедный,
Претора, бывшего с ним в дружбе, как он полагал.
«Сотню мне надо одну, — говорил он, — добавить к трем сотням,
Чтобы как всадник я мог Цезарю рукоплескать».
5Претор сказал: «Одарить мне ведь надо и Скорпа и Талла,
И хорошо, если я сотней одной обойдусь».
О негодяй! Постыдись сундука ты с ненужным богатством:
Всаднику ты отказал, а не откажешь коню?

Ст. 5. Скорп и Талл — цирковые возничие.

iv lxviii. invitas centum quadrantibus et bene cenas

Ешь хорошо, а меня угощаешь ты на сто квадрантов.
Ты на обед меня, Секст, или на зависть зовешь?

iv lxix. tu setina quidem semper vel massica ponis

Правда, сетином всегда или массиком ты угощаешь,
Напил, но вина твои не одобряет молва:
Из-за него, говорят, четырех уж супруг потерял ты.
Знать я не знаю о том, Папил, но пить не хочу.

iv lxx. nihil ammiano praeter aridam restem

Веревки Аммиану ссохшийся кончик
В своей последней отказал отец воле.
Подумать кто ж, ответь мне, Маруллин, может,
Что будто Аммиан желал отцу смерти?

iv lxxi. quaero diu totam, safroni rufe, per urbem

Долго я девы ищу, Сафроний Руф, по столице,
Чтоб отказала она: нету отказа у них.
Будто бы грех отказать, будто в этом зазорное что-то,
Будто на это запрет: нету отказа у них.
5Девственниц, значит, и нет? Их тысячи! В чем же тут дело?
Дать не откажут они, но никогда не дают.

iv lxxii. exigis, ut donem nostros tibi, quinte, libellos

Требуешь все от меня в подарок ты, Квинт, моих книжек,
Нет у меня: их продаст книгопродавец Трифон.
«Деньги платить за пустяк, за стихи? Да с ума не сошел я
Я не дурак!» — говоришь. Но ведь и я не дурак.

iv lxxiii. cum gravis extremas vestinus duceret horas

В тяжкой болезни Вестин, когда час приближался последний
И предстояло ему Стикс роковой переплыть,
Начал сестер умолять, кончавших урочную пряжу,
Хоть ненадолго его черную нить протянуть.
5Будучи мертв для себя, для друзей он живым оставался.
Эти святые мольбы тронули мрачных богинь.
Тут, разделивши свои богатства, и очи смежил он,
Веря, что смертный конец старость ему принесла.

iv lxxiv. aspicis, inbelles temptent quam fortia dammae

Видишь, как смело на бой устремляются кроткие лани?
Видишь ли ты, какова ярость у робких зверей?
На смерть жаждут они сшибиться слабыми лбами.
Ланей ты хочешь сберечь, Цезарь? Собак натрави.

iv lxxv. o felix animo, felix, nigrina, marito

Счастлива ты и душой, Нигрина, и счастлива мужем,
И среди Лация жен первое имя — твое.
С радостью ты отдала родовые богатства супругу,
Чтобы в сообществе с ним ими совместно владеть.
5Пусть в погребальном костре Капанея сгорает Эвадна,
Слава не меньшая пусть взносит Алкесту до звезд.
Ты совершенней: живя, ты верность свою доказала,
И не пришлось тебе смерть делать залогом любви.

iv lxxvi. milia misisti mihi sex bis sena petenti

Шесть ты мне тысяч послал, когда я просил их двенадцать.
Чтобы двенадцать ты дал, двадцать четыре спрошу.

iv lxxvii. numquam divitias deos rogavi

Никогда у богов богатств не клянчил,
А доволен я был и счастлив малым.
Но теперь уходи, прошу я, бедность!
В чем причина такой мольбы внезапной?
5Да Зоила хочу я видеть в пе́тле.

iv lxxviii. condita cum tibi sit iam sexagensima messis

Шестидесятый уже урожай при тебе обмолочен,
И в голове у тебя много белеет волос,
Ты же повсюду снуешь в столице, и нету такого
Кресла, чтоб ты не бежал утром с приветом к нему;
5И без тебя ни один не посмеет трибун появиться,
Консулы оба всегда в свите увидят тебя;
Склоном священным идешь ты по десять раз в день к Палатину.
И о Парфениях лишь да о Сигерах трубишь.
Пусть, так и быть, молодым это можно, но нет безобразней,
10Афр, мне поверь, ничего, чем надоеда старик.

Ст. 8. Парфений — см. прим. к эпиграмме IV, 45. Сигер — также спальник Домициана.

iv lxxix. hospes eras nostri semper, matho, tiburtini

Ты завсегдатаем был у меня, Матон, в Тибуртине.
Что ж покупаешь его, дурень, ты сам у себя?

iv lxxix. hospes eras nostri semper, matho, tiburtini

Ты завсегдатаем был у меня, Матон, в Тибуртине.
Что ж покупаешь его, дурень, ты сам у себя?

iv lxxx. declamas in febre, maron: hanc esse phrenesin

Ты в лихорадке, Марон, декламируешь: если не знаешь,
Что это бред, не в уме, право, ты, друг мой Марон.
Ты декламируешь даже больной и даже в ознобе:
Если иначе вспотеть ты не способен, — пускай.
5«Это же важная вещь!» Ошибаешься: если проникнул
Внутрь лихорадки огонь, важная вещь — замолчать.

iv lxxxi. epigramma nostrum cum fabulla legisset

Фабулла, эпиграмму прочитав нашу
На то, что не откажет ни одна дева,
Уже один, другой и третий раз просьбой
Пренебрегла. О, будь с влюбленным ты мягче:
5Отказ, по мне, хорош, но не отказ вечный!

iv lxxxii. hos quoque commenda venuleio, rufe, libellos

Также и эти, мой Руф, поднеси Венулею ты книжки
И попроси уделить мне его малый досуг,
Чтобы, забыв о делах и заботах своих ненадолго,
Он не с угрюмым лицом слушал безделки мои.
5Но не за первым он пусть иль последним их кубком читает,
А в промежутке, когда Вакху любезен задор.
Если же обе читать покажется долго, один ты
Свиток сверни: разделив, ты сократишь этот труд.

iv lxxxiii. securo nihil est te, naevole, peius: eodem

Коль ты спокоен, то нет никого тебя, Невол, противней;
Коль удручен, никого, Невол, нет лучше тебя.
Если спокоен, — на нас не глядишь ты и всех презираешь:
Нет ни свободных тебе, ни благородных людей.
5Коль удручен ты, — даришь, называешь царем, государем,
Невол, и в гости зовешь. Будь удрученным всегда!

iv lxxxv. nos bibimus vitro, tu murra, pontice. quare

Все мы пьем из стекла, ты же, Понтик, — из мурры. Зачем же?
Чтобы прозрачный бокал разницы вин не открыл.

iv lxxxvi. si vis auribus atticis probari

Коль аттическим быть ушам угодной
Хочешь, книжка, то надо непременно,
Чтоб одобрил тебя Аполлинарий.
Щепетильней он всех и всех ученей,
5Но и всех беспристрастней и радушней.
Если он наизусть тебя запомнит,
Ни завистников фырканья не бойся,
Ни злосчастной оберткой стать макрели.
Коль осудит, сейчас же на прилавки
10Ты ступай к продавцам соленой рыбы,
Раз годна лишь мальчишкам для каракуль.

iv lxxxvii. infantem secum semper tua bassa, fabulle

Рядом с собою всегда ребенка, Фабулл, твоя Басса
Держит, игрушкой его и утешеньем зовя.
Но удивительней то, что детей она вовсе не любит.
Так для чего ж это ей? Ветры пускает она.

iv lxxxviii. nulla remisisti parvo pro munere dona

Не отдарил ты меня ничем за мой скромный подарок,
А уж сегодня все пять дней Сатурналий прошли.
Ну, хоть бы скрупулов шесть серебра мне Септиция дал ты,
Хоть бы платок, что тебе плакса клиент преподнес,
5Хоть бы сосуд, что от крови тунцов из Антиполя красен,
Или же дал бы мне смокв мелких сирийских горшок,
Хоть бы пиценских маслин прислал ты мне в плоской плетенке,
Чтобы потом говорить, будто меня не забыл.
Можешь других обмануть ты словами и милой улыбкой,
10А для меня навсегда будешь притворщиком ты.

Ст. 3. Септиций — чеканщик, очевидно, выделывавший вещи из самого плохого серебра.

Ст. 5. Антиполь — город в Галлии (ныне Антиб).

iv lxxxix. ohe, iam satis est, ohe, libelle

Ну, довольно тебе, довольно, книжка:
Докатились уж мы до самой скалки,
Ты ж все дальше вперед идти стремишься,
II последний листок тебя не сдержит,
5Так, как будто не кончено с тобою,
Хоть покончено прямо с первых строчек.
И читатель уже ворчит усталый,
И писец даже мой и тот уж просит:
«Ну, довольно тебе, довольно, книжка!»

На сайте используется греческий шрифт


© Север Г. М., 2008—2016